Как назвать влагалище вежливыми словами

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: 2005 (список заголовков)
08:47 

Беломорканал

bandini
Беломорканал

Я сижу на столе и курю папиросу «Беломорканал». Я трезв и выдержан. В моей голове копошатся мысли, пытаясь пристроиться в очередь, записывая номерки на руке, чтобы быть подуманными. Папироса тлеет, дым попадает в уши, а оттуда в головной мозг. Мысли кашляют, натужно синеют и потихоньку расходятся, понимая, что сегодня опять мимо денег.
- Ну что? – спрашивает меня человек, сделанный из хлебного мякиша.
- Ну ничего.
В руке у человека длинная макаронина, которой он размахивает словно указкой, и кажется, что вот-вот он треснет тебе по лбу, поставит на горох или заставит вырезать на большой кухонной доске:
«Я буду отвечать полными предложениями, когда меня спрашивают»
- Ты был сегодня в школе?
- Нет.
- Почему?
- Я не был сегодня в школе потому что.
- Потому что?
Что:
менингит, бронхит, полиомиелит, артрит, кашель, первые симптомы, белесый кал, смерть.
- Я не хожу в школу.
Человек замирает. У него большие и твёрдые коричневые соски, вырезанные из корки. Когда он что-то говорит, раздувая грудь, – соски расходятся в разные стороны, словно у коровы.
- Не ходишь?
- Нет.
- Почему?
- Ты об этом уже спрашивал.
- И что ты ответил?
- То, что я не хожу в школу.
- И почему?
- Потому что потому, - говорю я. – Всё кончается на «у».
- Потоме чте потоме – всё кончается на «е»! – передразнивает меня он.
Глаза у него сделаны из изюма – и кажется, что оттуда вот-вот вылетит птичка.
- Cheshease! – улыбаюсь я.
Человек из мякиша бьет меня по губам макарониной. Я откусываю половину, быстро прячусь в домик и довольно хрумкаю.
- Дурак, - говорит он. – А вот если бы палец откусил? Что мне тогда – без пальца жить?
- И живи!
- Ну и проживу!
- Вот и проживи!
- Ой, ой! Думаешь большой – так всё можно? А вот я кота позову!
Я фыркаю.
- Зови! Он чё дурак по-твоему? Делать ему нечего как за тобой ходить! Возьмет да и слопает тебя!
- Вот и пускай лопает! Лучше уж он, чем ты!
- Ну и подавись своим котом! – Я кидаюсь в человека обкуренной «Беломориной», но не попадаю.
Раздается громкий стук.
Человек из мякиша ныряет в угол картонной коробки «Завтрак для чемпионов», выставив наружу один глаз. Я оборачиваюсь, думая, что пришел кот.
Но это оказывается гладиолус.
Гладиолус омерзительно воняет - он опять нажрался каких-то нелицензионных удобрений, которые мешками выписывает из «Магазина на диване». В магазине его любят и даже завели для него карту постоянного клиента. На карте написано непонятными словами «Т. pavonia», чем гладиолус очень гордится и при случае показывает карту всем. Даже тем, кто уже видел.
Однажды гладиолус где-то вычитал, что может погибнуть от лучевой болезни, если суммарная доза радиации составит шесть тысяч р. Что такое «р» – нигде не уточнялось, а наоборот говорилось, что смертельная доза облучения для большинства высших растений 2000 -3000 р., а низших, например дрожжей, 30 000 р. Гладиолус ударился в панику, срочно пересчитал деньги на кармане – их оказалось сорок два р. – и сел писать в Госкомрастениеводства обличительную жалобу. Однако жалоба осталась без ответа. Тогда гладиолус разобиделся на всех, впал в базаровщину и нудизм, перестал носить при себе большие деньги, и заделался большим поклонником кредитных карт, вследствие чего до сих пор мечтает махнуть на балкон – там, говорят, давно перешли на неденежную систему обмена материальными ценностями.
- Р? – спрашивает гладиолус плюхаясь на пол и выставив голый зад.
Человек, сделанный из хлебного мякиша, вылезает из коробки и, ворча, поправляет съехавший пупок.
- Мы думали кот, - говорю я.
- Р, - соглашается гладиолус.
В зависимости от ситуации это может означать что угодно. Вот и сейчас.
- А мы тут «Беломором» балуемся, - говорю я и достаю свежую папиросу.
- Эй, эй! – протестующе кричит человек из мякиша. – Не обобщай!
- От обобщая слышу, - парирую я.
Гладиолус громко сопит. Кажется, ему плохо.
Из подполья выползает большой усатый мужик, неторопливо вертит головой, привыкая к свету, и спрашивает, тыкая грязным ногтем в гладиолус:
- Он чего, пьяный что ли?
- Р! – непотребно отзывается Т. pavonia.
Мужик шевелит усами и чешет лапы.
- Пожрать-то есть чего? – спрашивает он.
- Макароны есть, - говорю я. – Вчерашние.
- У этого? – Мужик машет лапой в сторону человека из мякиша. Тот испуганно пятится к коробке и прячет за спину огрызок макаронины.
- Не-а, - говорю я. - На плите.
Мужик недоверчиво косится на меня, вздыхает, снова что-то чешет между ног и, наконец, словно собравшись с духом, лезет по плите вверх.
- Быдло!
Человек из мякиша сплёвывает на спичечный коробок.
- Стрелять их всех, сук, надо, без суда и следствия стрелять. Только и делают, что жрут, жрут, жрут. Ночью проспятся – а днем снова жрут! Пузо отрастят до полу – всё им мало! Жрут. Хрым, хрум, хрюм… Как свиньи. Хряки позорные!
- Сам-то, - говорю я. Человек из мякиша мне изрядно надоел. Я хватаю его за шиворот и съедаю. Тот вопит что-то за революцию и новый порядок, но вскоре проваливается ко мне в живот и затихает.
Я осоловело смотрю на гладиолус. Совсем распустился. Стрелять надо, суку, без суда и следствия. Только и делает, что жрёт свои удобрения да воняет чем попало. Проспится днём, а ночью валяется – телевизер выглядывает. Словно нечем больше заняться. Пошел бы скворечник сколотил, недоросль! Ей-богу, как свинья, валяется на своем и диване и смотрит, смотрит, смот…
Усатый мужик, не найдя на плите макарон, подполз ко мне сзади, деловито сграбастал и затолкал к себе в рот. Я еще кричал что-то, сидя у него на языке, призывая стрелять всех без разбору, особенно нигилистов и оппозицию, но вскоре провалился в желудок и затих.

@темы: Бандини, 2005

08:52 

6 блюющих мужиков

bandini
6 блюющих мужиков

1.
Хороший человек Павлик Павликов, с какой стороны ни посмотри - просто замечательный. Имеет дома рододендрон в горшочке, да не один, а цельных два, за обоими ухаживает регулярно, чистит листочки, поливает опять же водой водопроводной. Хорошая у него в районе вода, из подземной скважины берется - отчего не поливать? Аккуратист Павлик, всё у него по системе делается: утром подъем, зарядка, рододендроны, обязательно контрастный душ, легкий завтрак, небольшой моцион, газетка "Политические известия" для подержания умственного тонуса - на всё отведено определенное время, всё делается в строгом порядке и последовательности, для всего определенная цель положена.
Что в этом удивительного, спросите вы. Вот вам еще факты. Увлекается Павликов скабрезными подробностями из жизни людей, обсасывает их, причмокивая, сортирует по регистраторам и подвал складывает. Павлик живет в хрущевском здании пяти этажей, где у каждого жильца в подвале каморка предусмотрена. Люди там велосипеды и картошку хранят, а Павликов яишные решетки аккуратными стопками, в каждой ячейке у него киндер-яйцо, а ежели яйцо открыть, то там скабрезный факт - во как!
Мало? Аккуратист, аккуратист Павлик, брезглив при этом, по квартире ходит в медицинских бахилах, тараканов на кухне бьет исключительно в перчатках, трупы подсчитывает, выводит среднюю, тренд рисует! Надо ли упоминать про исключительный домашний порядок, к слову, все носки у Павликова лежат строго по ящичкам, на каждый ящик прицеплено буквенно-цифровое обозначение, согласно которому по заранее утвержденному графику носки сменяют друг друга на ухоженных ступнях Павлика. Есть ли какое-то иное объяснение этому, кроме врожденной человеческой странности? За мной, пытливый читатель, я раскрою тебе все павликовские тайны!

2.
Утром одним день Павлика не ограничивается. Что же еще делает этот незаурядный человек? Ковыряет в носу? Поднимает целину? Или, может быть, на нем замыкается хитрая преступная цепь, целая группировка, эксплуатирующая труд негров, заставляя их петь модный ар'эн'би, посмотрите - целые толпы этих несчастных живут в подвалах, начитывая на компактные диски плоды трудов других негров, называемых литературными. Нет же, благородный читатель, не спеши негодовать и набирать 01, Павлик - человек другой, мирной профессии: блюющий мужчина.
О блюющих мужчинах в наше время слышали все или почти все, некоторые рассказывали про них анекдоты, некоторые их видели живьем, но никто в точности не знает, чем же они живут, каковы их помыслы и чаяния, что они едят на обед или ужин, и есть ли у них вообще обед и ужин, или им хватает завтраков, любят ли они, ненавидят, чистят ли они хлоркой унитаз, и чем вообще они зарабатывают на свое существование... - но обо всём по порядку.

Антрепренёр Павлика Павликова: "Я познакомился с ним два года назад в каком-то баре, ничего необычного, таких сотни вокруг, если бы вы встретили его в троллейбусе, покачивающегося, распространяющего вонь, вы бы только отвернулись, у меня была такая же реакция, я поднялся и пошёл в выходу, но тут он начал блевать..."

Бармен: "Да, он нажирался и блевал каждый день, точно. Каждый день. Так всё и было. А если не нажирался, то всё равно блевал, желчью. Совершенно чокнутый".

Завсегдатай: "Когда я первый раз пришел туда, он там уже был. Наверное он ходил туда с начала времен. Выделялся ли он чем-то? Пожалуй нет, разве что количеством выпивки после, которой он всегда блевал. Пока однажды ему не пришла в голову идея сделать из этого шоу".

Le Mond: "Шесть блюющих мужчин" поражают. В них, как в зеркале отразились все надежды и чаяния нашего времени..."

Мама Павлика: "Павлик родился большим мальчиком. Пять двести. Я рожала его два дня".

"Больной", один из "Шести блюющих мужчин": "Вы спросите, кто это придумал? Да никто! Это было всегда, но мы первые додумались зарабатывать этим деньги. И Павлик, конечно. У этого парня самые большие яйца, вот такие! На нем всё держится."

Павлик Павликов: "Да я такой!"



3.
Йодомариновый свет мерцает и гаснет. Звучит "Message to Harry Manback" Tool. В воцарившейся тишине под мерный голос Мэйнарда Кинана включается стробоскоп, направленный на сцену. Так начинается шоу "Шесть блюющих мужиков". В мерцании стробоскопа сложно что-либо разобрать, и оттого кажется, что они возникают из ниоткуда. Они, это шесть мужчин в строгих фраках, с ослепительно блистающими белыми манишками. В их механистической неподвижности, которая только усиливается стробоскопом, есть что-то от Kraftwerk и тому подобных германских групп.
Монотонная речь Кинана скоро прекращается, короткое время тихо, потом из этой тишины рождается выпуклый жужжащий звук, который является началом ужасающе быстрой, не менее двухсот ударов в минуту электронной вакханалии. Скоро стробоскоп начнет мерцать в ее ритме, и вы будете просто счастливы, что вам не пришло в голову принять эл'эс'ди.
Вдруг мужчины на сцене начинают двигаться сериями моментальных снимков, сначала это похоже на светский раут, потом на еще один светский раут и еще, и еще, они преувеличенно выпивают что-то из бокалов и бутылок. Напряжение нарастает, все это усиливается звуковыми и световыми эффектами. Наконец по залу проносится тошнотворный запах блевотины - это является сигналом. К чему? Насилию, мастурбации, потным рукам, разодранным фракам, вы видели как флюоресцирует сперма под стробоскопом, словно большие летучие мыши мужчины прыгают по сцене, четверо держат одного, пока оставшийся его насилует, из разодранного ануса хлещет голубая кровь, насильников выворачивает, и тут как будто начинается соревнование, потоки полупереванной пиццы, тостов, помидоров, картофеля фри, поп-корна, хот-догов, гамбургеров, чизбургеров - (свободная касса!) - перемешанные с желудочным соком, резким запахом желчи изливаются наружу, они подставляют ладони и запихивают это себе обратно в рот, их выворачивает снова, они захлебываются, они похожи на машин по кругообороту блевотины, но они не останавливаются, они дьявольски хохочут, просто заходятся от смеха, из глаз их выступают слезы, смешиваясь в адский коктейль с потом и кровью.
Наконец это заканчивается. Стробоскоп останавливается, вспыхивает яркий прожектор, луч которого направлен на сцену. Там стоят шесть мужчин в строгих фраках, с ослепительно блистающими белыми манишками. Это шоу «Шесть блюющих мужиков».

@темы: Бандини, 2005, бухло

главная